16 июл 2013, 11:39

Суд признал незаконным отказ компании выплатить работнице бонус за завершение проекта

Подробности трудового спора опубликованы в журнале: e.tspor.ru/article.aspx?aid=305612

По окончании проекта компания обязалась выплатить работнице премию, размер которой был предусмотрен соглашением к договору. Окончание проекта совпало с реорганизацией компании и сменой руководства. Новый руководитель счел финансовые показатели проекта неудовлетворительными и отказал работнице в выплате вознаграждения. Тем не менее суд счел, что новое руководство не вправе пересматривать условия достигнутого между работником и работодателем соглашения и обязал компанию выплатить всю сумму премии.

Истец: работник

Предмет спора:

взыскать невыплаченную часть премии;
взыскать компенсацию за несвоевременную выплату заработной платы;
взыскать компенсацию морального вреда.

Результат: в пользу работника была взыскана причитающаяся премия в объеме заявленных требований.

Реквизиты дела: решение Останкинского районного суда г. Москвы от 15.11.2012 по делу № 2-5047/12


Фабула дела

В 2008 году работница была принята на работу в компанию на должность советника Аппарата банка. Одной из ее обязанностей было курирование проекта по созданию ипотечной программы. В 2011 году руководством банка было принято решение о присоединении к другой кредитной организации. В связи с реорганизацией также было принято решение прекратить полномочия председателя правления банка. При этом накануне начала процедуры реорганизации он подписал с работницей дополнительное соглашение, в соответствии с которым ей полагалась премия за предыдущие два года работы в размере нескольких миллионов рублей. Однако после завершения процедуры реорганизации новый председатель правления банка отказался выплачивать эту премию. Свою позицию он мотивировал тем, что в ходе финансовой проверки было установлено, что показатели проекта, руководимого работницей, были отрицательными. Работодатель полагал, что прежний председатель правления, который назначил премию в заведомо завышенном размере, превысил свои полномочия, поскольку он был в курсе предстоящей реорганизации и знал о финансовых результатах проекта, руководимого работницей. Помимо этого, работница, несмотря на требование нового руководителя, не представила отчет о проделанной работе по проекту, за который предусматривалась премия, а вместо этого подала заявление об увольнении по собственному желанию. В этом поступке представитель работодателя также усмотрел признаки злоупотребления правом и, основываясь на этих аргументах, в ходе судебного заседания настаивал на отказе в исковых требованиях работницы.

Позиция истца: соглашение о выплате премии не оспорено и продолжает иметь юридическую силу

В судебном заседании работница пояснила, что незадолго до начала процедуры реорганизации между ней и банком было заключено соглашение о выплате премии за достигнутые в предыдущие 2 года результаты. За время работы в компании размер ее оклада и премии неоднократно изменялся в сторону увеличения, что свидетельствует об удовлетворенности руководства банка результатами ее труда. Таким образом, сторона работницы настаивала на отсутствии связи между грядущим увольнением председателя правления и назначением работнице премии. Кроме того, руководителю компании было известно о финансовых результатах ее отдела, они были согласованы с руководством банка-преемника, а само соглашение о выплате премии было подписано председателем правления и согласовано с руководителем банка, к которому присоединилась кредитная организация, где трудилась работница. Таким образом, действия банка-преемника могут быть расценены только как уклонение от обязанности по уплате части зарплаты.

Пересмотр финансовых показателей деятельности компании, по мнению стороны работника, не может быть основанием для изменения условий оплаты труда работника.

Из искового заявления: «Изменение ответчиком условий соглашения в части порядка выплаты премии и размера премии за достижения в 2010 и 2011 гг. в одностороннем порядке противоречит требованиям ст. 72 ГПК РФ, следовательно, довод ответчика о его праве уменьшать размер выплаты нельзя признать законным и обоснованным».

В судебном процессе работницей была представлена расписка, подписанная как бывшим председателем правления, так и председателем правления банка, к которому произошло присоединение, из которой следовало, что треть премии ей уже была выплачена. Не получив в указанный в дополнительном соглашении срок оставшейся части премии, работница обратилась к руководству с заявлением, в котором требовала или выплаты причитающихся ей сумм или дачи мотивированного отказа. Поскольку заявление работницы было оставлено работодателем без ответа, работница приняла решение об увольнении и одновременном обращении в суд для восстановления нарушенного права.

В ходе судебного заседания представитель работницы привел доказательства того, что прежний председатель правления был уполномочен на назначение премии и установление ее размеров. Он указал, что в соответствии с локальными нормативными актами компании премирование работников отнесено к исключительной компетенции председателя правления банка. Таким образом, оснований утверждать, что прежний руководитель не был уполномочен на заключение соглашений о выплате сотрудникам премий, не было.

Позиция ответчика: работник был неэффективным менеджером и не заслуживал поощрения.

Представитель компании иск не признал и заявил, что требования работницы незаконны и необоснованны по ряду причин.

Во-первых, назначение премии является видом стимулирования работника к повышению эффективности труда. Таким образом, назначение премии за уже отработанный период никак не может служить этой цели.

Во-вторых, после проведения реорганизации в компании состоялась проверка результатов финансовой деятельности, в ходе которой было выявлено, что проект, которым руководила работница, был убыточным.

Из отзыва на исковое заявление: «Закрепленный ТК РФ принцип учета финансово-экономического положения работодателя распространяет свое действие и на положения ст. 129 ТК РФ, поскольку любые поощрительные выплаты, выплачиваемые работникам сверх предусмотренных законами правил, должны быть соразмерны тому фонду заработной платы, который имеется у предприятия, и той прибыли, которая им получена. В противном случае, бесконтрольность и экономически необусловленное определение размера таких выплат неизбежно приведут к нарушению прав других работников на получение заработной платы и могут негативно повлиять на деятельность предприятия в целом».

В-третьих, в действиях прежнего председателя правления банка усматривались признаки злоупотребления правом. Размер премии превосходил объем годовой прибыли всей компании. Распоряжение о выплате премии в таком размере было принято директором накануне собственного увольнения. Его действия были направлены на реализацию интересов работницы и могли повлечь экономический ущерб компании-преемнице. Помимо этого, в соответствии с условиями договора о присоединении председатель правления присоединяемой компании был обязан ставить в известность головную организацию обо всех оформляемых документах, в том числе о назначении премии. Таким образом, подпись руководителя головной компании свидетельствует лишь об ознакомлении с соглашением о выплате премии, а не о согласии с такой выплатой.

Кроме того, как злоупотребление правом расценил работодатель и поведение самой работницы. Представитель компании пояснил, что по условиям дополнительного соглашения основанием для расчета премии являются финансовые результаты проекта. После обращения работницы с заявлением о погашении задолженности по премии компанией была проведена проверка финансовых результатов проекта, которая выявила его убыточность. Работнице было предложено составить отчет о деятельности курируемого подразделения, однако вместо этого она подала заявление об увольнении и одновременно обратилась в суд с иском о взыскании невыплаченной премии.

Ответчик также ссылался на Положение об оплате труда компании, с которым работница была надлежащим образом ознакомлена под роспись. Из содержания этого документа следовало, что в организации премии за результаты неполного года не устанавливались (премия работнице за 2011 год рассчитывалась исходя из финансовых показателей девяти прошедших месяцев), не предусматривалась и возможность установления премии за истекший год по прошествии следующего года (как в случае с работницей, когда премия за 2010 год была установлена в ноябре 2011 года).

Ответчик обратил внимание на то, что в качестве подтверждения реальности заключенного соглашения о выплате премии, работница представила суду расписку, из которой следовало, что треть суммы ею уже была получена. Но на расписке была подпись прежнего председателя, сложившего к моменту подписания расписки свои полномочия. Кроме того, этот документ не был заверен печатью организации. Дата, указанная в расписке, следовала за окончанием процедуры реорганизации, в связи с чем представитель компании настаивал на том, что расписка юридической силы не имеет, поскольку не усматривалась какая бы то ни было связь между указанной распиской и заключенным с работницей дополнительным соглашением о выплате премии. Иных подтверждений выплаты части премии (например, выписки из банковского счета или расчетных листков) у работницы не имелось. После проведения проверки результатов финансовой деятельности возглавляемого работницей подразделения, ей были прекращены и выплаты ежемесячных премий, так как работа подразделения была признана неэффективной и убыточной.

Позиция суда: новое руководство не вправе пересмотреть соглашение о размере премии в одностороннем порядке.

Суд пришел к выводу о правомерности требований работницы. Он указал, что согласно ст. 61 ТК РФ трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем. В данном деле стороны заключили дополнительное соглашение, которое было также согласовано с руководителем компании, присоединившей организацию, в которой работала работница. Суд нашел, что расписка о выплате части премии является допустимым доказательством, поскольку отсутствие иных платежных документов может свидетельствовать о нарушении работодателем порядка выплаты зарплаты работникам, но не ставит под сомнение сам факт такой выплаты. Таким образом, суд поддержал довод работницы о том, что часть премии ей уже была выплачена именно на тех условиях, которые были установлены в соглашении.

На мнение суда повлияло еще и то, что в тексте дополнительного соглашения имелись указания на финансовые результаты работы отдела, возглавляемого работницей, и содержался конкретный размер и порядок выплаты премии, согласованные с банком-преемником. Таким образом, суд пришел к выводу о стремлении нового руководства компании в одностороннем порядке изменить условия оплаты труда.

Суд также указал, что представитель компании не обращался в судебном порядке с требованием о признании незаконным или недействительным соглашения, заключенного с работницей. Поэтому оно продолжает иметь юридическую силу и подлежит исполнению сторонами.

Кроме того, суд пришел к выводу об отсутствии в действиях прежнего председателя правления признаков злоупотребления правом, поскольку он не выходил за рамки своих полномочий.

Из решения суда: «Суд считает несостоятельными возражения ответчика о том, что имеет место злоупотребление правом со стороны истца и руководителя организации: дополнительное соглашение заключено накануне ликвидации, размер премии был установлен без учета финансово-экономического положения компании, проверка финансовой деятельности проекта показала его убыточность. Изменение условий трудового договора в части оплаты труда произведено по соглашению сторон, пересмотр компанией результатов реализации проекта и признание их неудовлетворительными не имеет правового значения для рассмотрения спора».

Суд постановил взыскать с компании недостающую часть премии, компенсацию несвоевременной выплаты заработной платы, компенсацию морального вреда и судебные издержки.

www.e.tspor.ru 

85.jpg

5 0
1 403
0 комментариев
Отменить Войти и отправить